Category Archives: Политика

О «героической» совковой истории

Вот мы все сейчас смотрим на происходящее — и диву даёмся, даже ужасаемся: как же это можно так врать. Зверствовать, убивать — а потом ещё и обвинять своих жертв во всех смертных грехах.

А ведь по-хорошему-то не ужасаться надо, а выводы делать. Вот что случится, если восставший из ада Совок сейчас опять не додавить окончательно — что по той же самой меркантильности Запада не было сделано ни в 20-х, ни в 40-х? А я вам скажу, что. Все те потоки помоев, что изливаются сейчас из телевизора и со страниц, с позволения сказать, газет, войдут в учебники истории. Те самые учебники, по которым будут учиться будущие поколения совковят. Плоть от плоти, кровь от крови тех учебников, по которым совковята постарше — мы с вами, то бишь — сами учили «историю» Гражданской и т.н. «Великой Отечественной» войн.

Так вот, глядя на сегодняшнюю вакханалию, давно бы уже пора сделать вывод о достоверности совковой версии истории, вдолбленной нам с младых ногтей. Пора бы понять, что то, чему нас учили, имеет столь же малое отношение к действительности, какое имеет к ней нынешняя путинская пропаганда. Что все эти «с Лейкой и с блокнотом» — точно такие же мрази, как и Киселёв, прославлявшие за бабки звероподобную орду РККА и поливавшие грязью тех, кого она убила.

Левые иллюзии

И в данном случае я говорю не о фашиствующей левне, истошно вопящей «крымнаш» и «смертьпендосам», а об относительно вменяемой части, которая против войны.

Проблема их в том, что страшно далеки они от народа и в своих антивоенных проповедях продолжают старые камлания про «яхту Абрамовича», за которую, якобы, кого-то призывают умирать. Окститесь, господа, какой Абрамович, какая яхта? На дворе XXI век, а вовсе не XIX, перестаньте же, наконец, черпать свои сужденья из забытых газет времён Парижской коммуны.

Абрамович сейчас натурально в панике, что не поплавать ему больше на своей яхте. Если и есть кто-то сейчас в России, кто категорически против всего этого «торжества русского духа», так это именно т.н. «олигархи» — в кавычках, потому что олигархия — это власть клики, а вот власти-то у них как раз и нет, есть только деньги. Россия же — это така специальная страна, где не деньги дают власть, а наоборот — власть раздаёт деньги тем, кому считает нужным. А у кого считает нужным отнять — отнимает.

Ну вот скажите, пожалуйста, нахрена Абрамовичу Крым? Вкладывать туда заради приумножения накровинароднойнажитого? Так для этого там няшных прокуроров не надо. Он по всему миру вкладывает и никакое НАТО ему в этом не помеха. Если бы в Севастополе сейчас вместо ЧФ корабли Шестого флота стояли, ему было бы только лучше. А оптимально — чтобы в Кремле оккупационная администрация сидела — настоящая, без кавычек, с американским генералом во главе.

Поймите вы, наконец, что Путин — это не подстилка «олигархов», а Народный Вождь (по-немецки — Фюрер) и власть его держится только и исключительно на обожании плебса. А потому он вынужден плебс ублажать. Гимном, олимпиадой, Крымом. А в какой-то момент он уже и сам, возможно, поверил, что он — Спаситель России™.

Это не «олигархам» нужна эта война, она нужна Народу — тому самому народу, за который вы тут переживаете. Я, конечно, понимаю, что это звучит как «ну вот, опять не тот народ попался», но что я могу поделать, когда, если не углубляться в детали, так оно и есть?

Да, в своём текущем состоянии российский народ — это, в массе своей, гнусное кровожадное скопище ублюдков, радостно одобряющих любую мерзость во славу Русской Идеи™ и готовых разорвать на части любого отступника. Вопрос, однако, кто его довёл до такого состояния?

Скажете, Путин с «зомбоящиком»? Так Путин отнюдь не всегда был таким. Более того, он когда-то был совсем другим. Он вообще был ставленником Ельцина, а кто ругал Ельцина больше всех? Да вы же сами и ругали.

Кто талдычил о «Советском Союзе, который мы потеряли»? Вы.

Кто голосил о «проклятом американском империализме»? Вы.

Кто требовал «прекратить развал армии»? Вы.

Кто бился в истерике, когда в странах, освободившихся от советской оккупации сносили памятники «гороям-освободителям»? Вы.

Кто негодовал по поводу присвоения Бандере и Шухевичу звания Героя Украины? Вы.

Кто поносил «компрадорскую буржуазию»? Вы.

Кто втемяшивал народу в голову, что ТНК — ад и «продажа Родины™»? Опять вы.

Ну вот вы и добились своего. Радуйтесь. Помните, вы возмущались, что «власть перехватила наши лозунги»? Ну так а что ей ещё было делать, если вы её к этому вынудили?

Вы хотите сказать, что вы совсем другого хотели? Возможно. Хотя большая часть вашей братии, судя по всему, вполне довольна результатом: ну а чо — сколен-то встали! Но даже и те, кто вполне искренне сейчас переживает, может, стоило раньше подумать, на горе кому вы тут очередной мировой пожар раздуваете?

И, главное, может, стоит если и не покаяться, то хотя бы перестать нести околесицу и начать делать что-то, что действительно может улучшить ситуацию?

Бесноватый Путин

Чужая душа, как известно, потёмки, а тем более — душа бесноватого. Путин в своём восприятии мира уже давно потерял связь с реальностью, в связи с чем имеет смысл учесть и ещё один возможный вариант обстоятельств гибели малайского самолёта.

Его сбили буквально на следующий день после объявления новых санкций. Санкций, во-первых, уже не чисто декоративных, во-вторых, во введение которых Путин не верил, и в-третьих, за которые он обещал отомстить. Ну вот и отомстил.

Точнее даже, не столько отомстил, сколько исполнил свою угрозу — в расчёте на то, что прямо на него всё равно никто не полезет — по крайней мере до тех пор, пока он будет всё отрицать — но выводы сделают и от дальнейших санкций воздержатся. Поскольку в следующий раз какой-нибудл Боинг может, например, на Манхэттене свалиться. Совершенно случайно, разумеется.

Не такая плохая, между прочим, логика — учитывая бесхребетность Обамы и и всех прочух наших партнёров по НАТО.

Новости мира и социализма

Генеральный Колхозник Всея Беларуси наконец-то решился исправить историческую несправедливость, допущенную Александром II (а позже — Никитой Хрущёвым), и опять прикрепил крестьян к земле.

Китай же, тем временем, предложил России заселить Сибирь и Дальний Восток китайцами, причём «нет» в качестве ответа не принимает. Дальнейшая судьба означенных территорий, надо понимать, будет решаться на местных референдумах.

Марксизм-платонизм как точная наука

[Написано в январе 2002 года]

Любая наука является лишь на столько точной, на сколько она способна предсказывать поведение описываемой ею системы. В связи с чем мне хотелось бы обратиться к трудам основателя науки политологии, которые, как показывает историческая практика, актуальны сегодня, как никогда раньше.

Как, согласно классику-основоположнику, происходит эволюция идеального государства? Ну, прежде всего, раз оно имело начало, оно должно иметь и конец — противное предположение нарушало бы универсальный закон единства и борьбы противоположностей. А поскольку мы рассматриваем эволюцию именно идеального государства, то направление её может быть только одно — деградация. Вывод, что и говорить, не из самых приятных, но зато философски обоснованный и — хуже того — блестяще подтверждаемый исторической практикой.

Итак, что же представляет из себя идеальное государство? Это — аристократия, правление лучших. В таком государстве отсутствует частная собственность, а высоко и всесторонне образованная политическая элита не озабочена ничем, кроме блага народного. При этом сама она живёт очень скромно, ограничив уровень своего потребления партмаксимумом. Каждый в этом государстве занят своим делом, не конкурируя бессмыссленно друг с другом, не соревнуясь в богатстве, а сторудничая и приумножая общественное достояние. За неуклонным соблюдением какового порядка неусыпно следят представители особого сословия — стражников с горячим сердцем, холодной головой и чистыми руками.

Увы, всё, что не может больше улучшится, начинает со временем портиться. И государства — не исключение. Уже и правители — не совсем те, и стражники оставляют желать лучшего, так что потихоньку-полегоньку врождается наше государство в тимократию или тимархию, т.е. власть честолюбцев. В принципе, государство это далеко не столь плохо, как это можно было бы предположить. Честолюбцы думают не о себе, а, в общем-то, о том же самом, о чем думали и аристократы — о благе народном. Но при этом они, вместо того, чтобы работать сообща и проявлять во всём личную скромность, дают волю своим амбициям, непрерывно соревнуются друг с другом, кто же сделал для народа больше, кто из них славнее и достойней. И в результате — грызутся как пауки в банке. Ну а желание иметь видимые всем признаки своего нетленного вклада в дело счастья народного приводит к отмене патрмаксимума и воздаянии каждому по заслугам его не после смерти — в памяти благодарных потомков, а прямо при жизни и гораздо более традиционным способом.

Что со временем приводит к дальнейшему вырождению государства, на этот раз — в олигархию или власть небольшой группы. На этом этапе все высокие идеи, которые когда-то двигали аристократами и честолюбцами, уже забыты и номенклатурными сердцами овладевает одна, но пламенная страсть: личное материальное благополучие. И даже хуже того — богатство. Народ в таком государстве нищает, а власть имущие — богатеют. Фактически, государство разделяется на два: государство богатых и государство бедных, каковые государства вечно злоумышляют друг против друга. Но что самое паршивое, так это что полное отстранение народа от власти приводит к катастрофическому падению интеллектуального уровня номенклатуры. Что для неё кончается весьма и весьма плачевно.

А именно: государственным переворотом и установлением демократии, власти народной, если кто позабыл. Часть номенклатуры при этом истребляется, часть — улепётывает за границу лекции читать, а оставшихся лишают всех привилегий и интегрируют в новое либеральное общество. Строй этот, где, по словам классика, «цветут все цветы», на первый взгляд — самое прекрасное, что только можно себе вообразить. Люди при нём — свободны, горды и независимы. И никогда не позволят чиновникам взять верх над собой. Но всё это — лишь на первый взгляд. На деле же демократия порождает в дополнение к богачам и народу особое сословие — трутней, причём — крайне ядовитых. Из которых «самые ядовитые произносят речи и действуют, а остальные усаживаются поближе к помосту, жужжат и не допускают, чтобы кто-нибудь говорил иначе». В результате всем в государстве начинают заправлять профессиональные демагоги, которые только и знают, что превозносят свободу во всех её проявлениях. «Граждан, послушных властям, там смешивают с грязью как ничего не стоящих добровольных рабов», а «должностных лиц карают, если те недостаточно снисходительны и не предоставляют всем полной свободы, и обвиняет их в мерзком олигархическом уклоне». Короче, кончается всё это полным развалом экономики, разгулом преступности, падением уровня образования и т.д. и т.п.

И вот тут-то на сцену выходит «защитник народный», обещающий навести в стране порядок, покарать виновных и вернуть государству былые славу и величие. Так рождается тирания — последняя ступень деградации государства. Тирана не интересует ничего кроме власти и он, прекрасно понимая, что угар народной поддержки не вечен, поскольку на деле он ничего не может — да и не собирается — сделать для улучшения жизни, озабочен исключительно укреплением властной вертикали и проблемами собственной безопасности. «В первые дни, вообще в первое время он приветливо улыбается всем, кто бы ему ни встретился, а о себе утверждает, что он вовсе не тиран; он дает много обещаний частным лицам и обществу; он освобождает людей от долгов и раздает землю народу и своей свите. Так притворяется он милостивым ко всем и кротким. Когда же он примирится кое с кем из своих врагов, а иных уничтожит, так что они перестанут его беспокоить, я думаю, первой его задачей будет постоянно вовлекать граждан в какие-то войны, чтобы народ испытывал нужду в предводителе, да и для того, чтобы из-за налогов люди обеднели и перебивались со дня на день, меньше злоумышляя против него. А если он заподозрит кого-нибудь в вольных мыслях и в отрицании его правления, то таких людей он уничтожит под предлогом, будто они предались неприятелю. Ради всего этого тирану необходимо постоянно будоражить всех посредством войны. Но такие действия сделают его все более и более ненавистным для граждан. Между тем и некоторые из влиятельных лиц, способствовавших его возвышению, станут открыто, да и в разговорах между собой выражать ему свое недовольство всем происходящим — по крайней мере, те, что посмелее. Чтобы сохранить за собою власть, тирану придется их всех уничтожить, так что в конце концов не останется никого ни из друзей, ни из врагов, кто бы на что-то годился.» В общем, кончится всё жесточайшим рабством, намного хуже олигархии, по которой затосковали при демократии. Не говоря уж о строгой, но справедливой тимократии.

Вот таковы прогнозы на будущее т.Платона, написанные им почти две с половиной тысячи лет назад. Прошу любить и жаловать.

* * *

P.S. В любой шутке, как известно, есть доля шутки. Поэтому не стоит относиться ко всему вышесказанному слишком уж серьёзно. Тем более, что сам Платон был бы, вероятнее всего, крайне удивлён, если бы его заподозрили в эдаком троцкизме.

Плач Ярославны по украинским левым

Некто Алексей Блюминов опубликовал недавно статью под названоем «Нелево от Майдана», которую всем интересующимся рекомендую прочитать, поскольку там дан неплохой анализ различных «левых» группировок. На чём форму китайской вежливости позвольте и закончить.

При всех своих положительных качествах и, вроде бы, искренней обеспокоенности автора за судьбу украинского левого движения, отсутствие хоть сколько-нибудь адекватных выводов из приведённых фактов просто удручает. За «вывод» и товарища проходит вот эдакий пессимистично-оптимистичный финал:

Майдан многое расставил по своим местам, заставив по иному взглянуть на перспективы украинской левой, ещё год назад воспринимавшиеся очень хорошими. Увы, они такими не остались. Сегодня украинская левая мертва. Работу нужно начинать заново. Впереди у украинских левых долгий путь из-под руин советской идеологии и советского патриотизма.

Дорогу осилит идущий.

ОК, допустим. Но вот почему всё так плачевно закончилось и как подобного избежать в будущем — никаких даже намёков на ответы на эти вопросы.

В связи с чем позволю себе сделать кое-какие выводы за автора — дабы хорошо подобранным материал не пропадал втуне. Начнём со списка «левых» организаций и данных им автором характеристик. Итак:

  • СДПУ (объединенная) Виктора Медведчука. Прекратила своё существование 10 лет назад и, судя по ссылкам на распил бюджета «спонсорами», вряд ли её вообще следует считать левой.
  • Левоцентристская УСДП, превратившаяся в праволиберальную «Украина, вперёд!». Загнулась 2 года назад и, судя по метаморфозе, тоже была не более чем бизнес-проектом, окучивающим тех избирателей, которых получится.
  • Соцпартия Александра Мороза. Не совсем понятно, почему смены «генсеков» у автора ассоциируются с «девушкой лёгкого поведения». Он что, действительно даже представить себе не может, что партия — это организация, а отнюдь не придаток «вождя»? Но не вдаваясь в подобные скользкие вопросы, то, что её очередной «лидер» сразу же после избрания переметнулся в ПР — это, конечно, диагноз. Тем более, что по утверждению автора она уже тоже скорее мертва, чем жива.
  • Объединённые левые и селяне. Имели палатку на Майдане, но автор о них говорит с плохо скрываемым презрением, поскольку «о каких-либо успехах лево-селянской агитации на Майдане доподлинно неизвестно». И вот об этом факте давайте не забудем.
  • КПУ Петра Симоненко. Ей автор посвятил больше всего места но исключительно для того, чтобы разоблачить антинародную и антилевую сущность. Никто не сделал для дискредитации левых идей больше, чем она. До Майдана — процветала, сейчас — на ладан дышит.
  • ПСПУ Натальи Витренко. Тоже, как утверждается, ни разу ни левая и к тому же действительно политическая проститутка, спевшаяся в последнее время с фофудьей и активно поддержавшая путинский фашизм.
  • Непарламентские «новые левые». Множество мельчайших, никому не известных группочек, отчаянно борющихся исключительно друг с другом по поводу некоторых особо тонких догматических моментов. Ну и ещё с «уличным нацистским террором» против себя, любимых. (Не исключено что эти два вида «борьбы» даже до какой-то степени пересекаются.) Зачем их вообще было поминать — если они столь ничтожны — неясно. Но так или иначе вот этот самый «антинацизм» эффективно перевёл большую часть из них в лагерь противников Майдана и, соответственно, в объятия уже настоящего нациста Путина.
  • Феминистки. Припёрлись на Майдан с плакатами «Свобода! Равенство! Сестринство!» — и их оттуда выгнали.
  • Пряма дія и Ліва опозиція. Растянули на Крещатике транспарант «Власть миллионам, а не миллионерам». Ни в какой другой деятельности замечены не были.
  • Анархисты. Пытались организовать «Чёрную сотню» самообороны, но «неонацисты» их тоже прогнали. Что характерно, автор, всего несколькими абзацами выше явно иронически отзывавшийся о «нацистском терроре», тут уже сам клеймит «неонацистов», употребляя это слово безо всяких кавычек.
  • Боротьба. Соперничает с КПУ по отведённому месту. Похоже, именно из неё и была написана вся статья. Такое впечатление, что автор никак не может оправиться от их «предательства» — перехода с первых же дней революции на сторону сначала Януковича, а потом и Путина.

А сейчас вернёмся к концу, к «перспективам украинской левой, ещё год назад воспринимавшиеся очень хорошими». Но что с тех пор изменилось-то?

Единственной организацией — согласно авторскому списку — явно потерпевшей крах, является КПУ. Так ведь это, казалось бы, для левого движения наоборот должно быть хорошо.

Никому из левых не удалось выдвинуться на этих событиях, как это удалось Правому Сектору? Верно, не поспоришь. Но ведь автор в данном конкретном месте пишет не об упущенных возможностях, а о том, что было-де всё хорошо, а сейчас вдруг стало всё плохо. Вот только где оно, былое хорошее-то?

Единственно, что остаётся, это фиаско с Боротьбой. Но тогда выходит, что все радужные прошлогодние мечты автора были связаны только и исключительно с этой организацией. Однако, если так, то может следовало и писать только и исключительно о Боротьбе, а не о каких-то непонятных «украинских левых», чем более, что большая часть их оказывается никакими не левыми? Это было во-первых.

А во-вторых, в чём боротьбовое «предательство»-то? Ах, ну да, они ж превратились в «партию судетских немцев». Но разве они были когда-то какой-то другой партией? Они, что, от кого-то когда-то скрывали свою «судетскую» сущность?

Нынешний Майдан — это продолжение первого. Это — Оранжевая революция-2. И это было известно абсолютно всем с самого начала. Боротьба хоть в какой-то момент своего существования была оранжевой? Нет, она всегда была активно антиоранжевой. Так откуда тогда такое заламывание рук именно сейчас? Только потому, что оранжевые, похоже, окончательно победили — если, конечно, соседский фюрер не решит иначе?

И вот тут, кстати, возникает вопрос о позиции самого автора, которую он не потрудился прояснить даже приблизительно. Как я уже сказал, в целом его слова звучат достаточно искренне, но местами всё же закрадывается сомнение, а не переживает ли он попросту оттого, что «левые» поставили не на ту лошадку и проиграли?

Ну или так: а вот если бы победил Янукович и Боротьба оказалась бы на коне, был бы автор наоборот — счастлив по случаю такого грандиозного «левого» успеха? Или даже так: а вот если Путин таки и правда оккупирует всю Украину и в результате позиции Боротьбы усилятся неимоверно (а акции КПУ и вообще взлетят до неба), сменит автор свой плач на ликование?

Собственно, автору следовало бы с самого начала определиться, а кто он сам — оранжевый или наоборот? Причём определиться именно так, безо всяких там «Баба Яга против», потому что «против всех» — это как раз и есть позиция Боротьбы, которой он же сам и ужасается. Нравится это кому-то или нет, но в создавшейся ситуации таки «хто не скаче — той москаль» и никакого иного выбора просто нет. Ну или иначе, кто не оранжевый — тот коричневый. А уж какой там оттенок у этого коричневого есть, красноватый, беловатый, зеленоватый или ещё какой — совершенно несущественно.

Собственно, весь конфликт из-за того, с кем будет Украина, с Западом или с Россией. И никаких компромиссов тут быть не может. О каком «нейтральном статусе» можно говорить, если Украина производит МБР, которые Россия нацеливает на западные столицы и предоставляет свою территорию для российских военных баз? А попытка подписания всего лишь экономической ассоциации с ЕС расценивается как акт «измены», оправдывающий введение войск и аннексию? Что же тогда будет военным союзом с Россией — это когда Путин назначает и всех украинских чиновников, за одно с российскими, включая «президента» — так, что ли?

Реальных вариантов у Украины (особенно сейчас) всего два:

  • Оранжевый — полная интеграция в ЕС и НАТО.
  • Коричневый — полная (хотя, возможно, и с выражением святой невинности отрицаемая — «ну какие там ещё зеляные человечки?») интеграция в российские экономические и военные структуры.

И с позиции левых (прошу не путать с «левыми» и особенно с «коммунистами») вопрос здесь может стоять только так: какой из этих двух выборов больше соответствует их целям и задачам? Ну или иными словами: кто сегодня левее — ЕС или Россия? Лично мне ответ представляется очевидным. Надеюсь, и автору тоже.

Напоследок осталось рассмотреть, может быть, самуй главный вопрос, заданный автором: «Возможен ли был Левый сектор Майдана?» Сам он на него отвечает нечто невнятное:

Реален ли был выход левых на протест в таком формате? Я думаю, что да. Если бы в самые первые дни удалось обьединить усилия всех левых, леволиберальных, правозащитных, профсоюзных и прочих групп, был бы толк. Но это требовало совершенно иного качественного уровня как межлевой коммуникации, так и иного уровня диалога между левыми и «попутчиками».

В каком «в таком» формате, что это вообще значит? И кто такие эти загадочные «попутчики» — уж не Батькивщіна ли?

Правильным же ответом на этот вопрос будет: и да, и нет. (Строго говоря, ровно то же самое сказал и автор, но с принципиально иными коннотациями.) Да — потому что Майдан был готов с благодарностью принять любую помощь, какую только мог найти. Нет — потому что левым (en masse) даже в голову не проходило эту помощь предложить, я уж не говорю — оказать.

Всем, кроме, может быть, тех самых «селян», которые вызвали столь пренебрежительную реакцию автора. Вот две других организации — хоть и с них толку немного — так хоть лозунг «Власть миллионам, а не миллионерам» растянули. Пардон, но вот же он — один из этих самых миллионеров на сцене стоит, Яценюк его фамилия. Вы, что, его собираетесь до власти не допускать? Так что вы тогда тут, извиняюсь, вообще делаете???

Кто знал ещё пару месяцев назад о каком-то Правом секторе? Никто. А сейчас он — партия национального масштаба, которая практически наверняка получит места в Раде. Как так получилось? Изначально Правый сектор был объединением нескольких группок из серии откровенной фофудьи (пусть и украинской, а не русской). Но на Майдан они пришли не ради этой своей фофудьи, на Майдан они пришли ради Майдана.

Ярош позже, в каком-то интервью — когда у него начали брать интервью — достаточно чётко выразился, что Правый сектор против евроинтеграции. Но на Майдане он выступил в качестве ударной силы движения, кагорически выступающего за евроинтеграцию, движения, основным и, по сути, единственным пунктом программы которого как раз и является эта самая евроинтеграция. И сейчас, не в последнюю очередь благодаря усилиям именно Правого сектора, евроинтеграция наконец-то реально началась.

Кто-то (особенно, из левых) может сказать: маразм. Воевать — реально воевать — против собственных интересов??? Но в действительности это — как посмотреть. Правый сектор никогда бы не назвал Майдан «попутчиками» — потому что он не считает его попутчиками. И не потому, что «фу на вас, уйдите, противные», а потому, что прекрасно понимает, что попутчик здесь — он сам. Правый сектор прекрасно понимает, что Майдан — это не его революция. И потому он не может рассчитывать на решение ею его проблем. Никаких. В принципе. Всё, что он может, это помочь. Зачем? Затем, что альтернатива хуже. Затем, что (с его точки зрения) евроинтеграция — это значительно меньшее зло, чем руссоинтеграция. И вот именно поэтому о Правом секторе сейчас знают все и он уверенно идёт на выборы. А левые — плачут о нереализованных возможностях.

Когда Правый сектор пришёл на Майдан, он пришёл туда с предложением единства. Он вобрал в себя массу людей и целых организаций с идеями, не имеющими ничего общего с его исходной фофудьей. По существу, правый сектор выступил в качестве консолидирующей платформы, позволяющей самым различным силам выступать вместе ради решения насущных сегодняшних проблем. Когда-нибудь, позже, он наверняка расколется — на фракции, может даже отдельные партии, пойдёт подковёрная борьба, компромиссы, открытые столкновения… Но это будет потом. А сейчас — не время. Сейчас — время собирать камни и решать те задачи, которые надо решать сейчас, не отвлекаясь на распри по поводу тех, которые — если вовремя не решить задачи сегодняшние — может быть не придётся решать вообще.

Тогда как левые — куда бы и когда бы они ни пришли — приходят лишь для того, чтобы сеять рознь. И это — не наговор, это — факт. Во всяком случае, когда они приходят организованно, а не как просто отдельные люди «с улицы». Левые приходят не для того, чтобы помочь ведущей силе решить её задачи — видя, что их решение до какой-то степени поможет и самим левым. Левые всегда приходят со своей собственной программой, при этом, как правило, ясно осознавая, что это пойдёт во вред тем, к кому они пришли. Они приходят не ради консолидации сил, они приходят, чтобы «развернуть протест». И вот поэтому-то их отовсюду и гонят. И правильно делают.

(На самом деле, их гонят даже они сами — отсюда и обилие «враждующих между собой по вопросам десятой степени важности» групп. Левые оказываются органически неспособны на совместные действия ради решения совместных задач, поскольку никто из них не согласен ради этого «наступить на горло собственной песне». Даже хоть совсем самую чуточку.)

Да, чисто теоретически, левые вполне могли бы создать на Майдане Левый сектор. И он сейчас был бы такой же мощной организацией, как и Правый. Но для этого они должны были прийти на Майдан без левых лозунгов. Потому что не время. Потому что вопрос социалистической революции не стоит. И вопрос повышения пенсий не стоит. А также вопросы условий труда, детских садов, обеспечения населения товарами первой необходимости и далее по списку. И пытаться ставить их — это сеять рознь и мешать решению тех вопросов, которые стоят сейчас. Примерно как во врема пожара в доме начинать вспоминать, кто кому в прошлом году на коммунальной кухне в кастрюлю плюнул и принципиально ругаться по этому поводу.

Это — не ваша революция. (Я мог бы сказать, «не наша», но не уверен, что вы меня согласитесь в «свои» записать, так что воздержусь.) И вы в ней — не более, чем попутчики. Либо дружественные, либо наоборот. И отношение к вам — в том числе и в первую очередь со стороны народа — будет зависеть от того, как вы себя в этом плане поведёте.

Так что выбор-то простой: либо сознательно и добровольно отказаться от всех своих замечательных требований сегодня — чтобы заработать авторитет на решении текущих проблем и получить возможность выдвинуть и отстаивать эти требования завтра, когда их реально можно будет удовлетворить; либо продолжать собачиться без малейшей даже надежды на успех и потерять своё будущее вообще. Выбирайте, г-да левые.